В старом районе Нью-Йорка, где над крышами висит запах жареных каштанов и бензина, жили люди, которых здесь называли драконами. Так прозвали эмигрантов из Советского Союза, приехавших в восьмидесятые-девяностые. Говорили, что они упрямые, огнедышащие и никогда не сдаются.
Главный герой, Дима Рубинчик, прилетел в восемьдесят девятом с одной потёртой сумкой и ста долларами в кармане. В Минске он чинил телевизоры, а в Бруклине начал возить людей на старом жёлтом такси. Ночи напролёт он крутил баранку по Брайтон-Бич, слушал, как пассажиры ругаются по-русски и по-английски одновременно, и мечтал о своём деле.
Его лучший друг Лёва, огромный как медведь, работал грузчиком на рынке. Они вместе снимали крохотную квартирку в доме, где стены были тонкие, а соседи громкие. По вечерам собирались на кухне, пили чай из банок из-под кофе и рассказывали, как всё будет. Лёва хотел открыть свой магазин продуктов, Дима мечтал о мастерскую по ремонту электроники.
Женщины в их компании были не менее упрямые. Света, жена Димы, шила платья на дому и учила английский по мыльным операм. Её подруга Алла торговала на блошином рынке джинсами, которые привозили моряки из Одессы. Они смеялись, что в Союзе мечтали о свободе, а здесь борются за выживание, но всё равно чувствуют себя живыми.
Годы шли. Дима купил маленькое помещение под мастерскую на Кони-Айленд авеню. Лёва открыл свой магазинчик, где продавал гречку, кильку в томате и баночки с красной икрой. Света пошла учиться на бухгалтера, Алла расширила торговлю до целого ряда под навесом.
Иногда они собирались все вместе на океане, жарили шашлыки и смотрели, как солнце тонет в воде. Дети их уже говорили по-английски без акцента, носились по песку и не понимали, почему родители до сих пор спорят, какая водка лучше.
Нью-Йорк был жестоким и щедрым одновременно. Он бил по лицу, а потом неожиданно подкидывал шанс. Драконы не плакали, когда теряли работу или когда полиция закрывала их лотки. Они просто вставали раньше и работали больше.
Прошло двадцать лет. Димина мастерская превратилась в сеть сервисных центров. Лёвин магазин стал супермаркетом с собственной пекарней, где пекут настоящий ржаной хлеб. Дети выросли, разъехались по университетам, но по праздникам возвращаются домой.
А те, кто остался в девяностых на Брайтоне, до сих пор помнят, как пахнет дым от мангала на берегу, как звучат старые песни Высоцкого из кассетника и как светятся глаза у людей, которые приехали ни с чем и построили всё сами.
Так и жили драконы Нью-Йорка. Не сказочные, а самые настоящие. С мозолями на руках, с усталыми улыбками и с сердцами, которые до сих пор горят.
Читать далее...
Всего отзывов
13