Дэвид Линч: Жизнь в искусстве 2 (2016, США) смотреть фильм онлайн
Дэвид Линч сам рассказывает о своей жизни. Никаких ведущих, никаких закадровых голосов. Только он, его мастерская, старые кисти, странные скульптуры из дерева и металла и вечная сигарета в руке. Камера стоит рядом, а Линч просто говорит, будто остался с тобой наедине поздним вечером.
Он начинает с детства. Говорит, что рос в маленьких американских городках, где летом пахнет свежескошенной травой, а зимой дымом из труб. Отец работал в министерстве сельского хозяйства, мать любила музыку. Всё казалось идеальным, как на открытке пятидесятых. Но даже тогда Линч замечал что-то странное за этой красотой. Ночные тени под фонарями, жутковатые звуки из леса, ощущение, что за обычной жизнью прячется другая, потаённая.
Потом были подростковые годы в Филадельфии. Там уже никакой идиллии. Грязные улицы, запах гари, страх ходить вечером одному. Линч говорит, что именно тогда впервые почувствовал тревогу, которая потом навсегда поселилась в его фильмах. Он рисовал ночами, слушал шум города и пытался понять, почему обычные вещи вдруг кажутся страшными.
Учёба в художественной академии тоже не принесла покоя. Линч хотел снимать кино, но не знал как. Он делал короткие эксперименты, смешивал анимацию с живыми актёрами, снимал фабрики и дым. Денег не было совсем. Однажды он три дня жил на одном молоке и шоколадных батончиках, потому что больше ничего не осталось.
Первый настоящий фильм «Голова-ластик» он снимал пять лет. Работал ночью на заброшенной студии, спал там же, в гримёрке. Актёры приходили и уходили, деньги кончались, но Линч не останавливался. Говорит, что тогда впервые понял: если внутри горит идея, её можно вытянуть наружу любой ценой.
С тех пор он так и живёт. Идёт за своими видениями, даже если никто не понимает.
В мастерской, где снимался этот фильм, всё пропитано его миром. На полках стоят странные куклы, обгоревшие доски, старые лампы. Линч ходит между ними, трогает, вспоминает. Иногда замолкает надолго, закуривает новую сигарету и смотрит куда-то мимо камеры. Кажется, что он видит те самые картины из детства, которые потом превратились в «Синий бархат», «Твин Пикс», «Малхолланд Драйв».
Он не пытается ничего объяснить до конца. Говорит, что искусство и не должно объясняться. Оно должно чувствоваться. Как запах дождя, как гул далёкого поезда ночью, как тревога без причины. Линч просто показывает, откуда всё это у него взялось.
В конце он сидит в кресле, дым вьётся к потолку, и тихо произносит, что до сих пор каждый день рисует, снимает, сочиняет музыку. Потому что иначе нельзя. Потому что внутри слишком много всего, что просится наружу.
Это не обычный фильм-биография. Это долгий разговор с человеком, который всю жизнь прожил в двух реальностях одновременно. И теперь просто решил поделиться.
Он начинает с детства. Говорит, что рос в маленьких американских городках, где летом пахнет свежескошенной травой, а зимой дымом из труб. Отец работал в министерстве сельского хозяйства, мать любила музыку. Всё казалось идеальным, как на открытке пятидесятых. Но даже тогда Линч замечал что-то странное за этой красотой. Ночные тени под фонарями, жутковатые звуки из леса, ощущение, что за обычной жизнью прячется другая, потаённая.
Потом были подростковые годы в Филадельфии. Там уже никакой идиллии. Грязные улицы, запах гари, страх ходить вечером одному. Линч говорит, что именно тогда впервые почувствовал тревогу, которая потом навсегда поселилась в его фильмах. Он рисовал ночами, слушал шум города и пытался понять, почему обычные вещи вдруг кажутся страшными.
Учёба в художественной академии тоже не принесла покоя. Линч хотел снимать кино, но не знал как. Он делал короткие эксперименты, смешивал анимацию с живыми актёрами, снимал фабрики и дым. Денег не было совсем. Однажды он три дня жил на одном молоке и шоколадных батончиках, потому что больше ничего не осталось.
Первый настоящий фильм «Голова-ластик» он снимал пять лет. Работал ночью на заброшенной студии, спал там же, в гримёрке. Актёры приходили и уходили, деньги кончались, но Линч не останавливался. Говорит, что тогда впервые понял: если внутри горит идея, её можно вытянуть наружу любой ценой.
С тех пор он так и живёт. Идёт за своими видениями, даже если никто не понимает.
В мастерской, где снимался этот фильм, всё пропитано его миром. На полках стоят странные куклы, обгоревшие доски, старые лампы. Линч ходит между ними, трогает, вспоминает. Иногда замолкает надолго, закуривает новую сигарету и смотрит куда-то мимо камеры. Кажется, что он видит те самые картины из детства, которые потом превратились в «Синий бархат», «Твин Пикс», «Малхолланд Драйв».
Он не пытается ничего объяснить до конца. Говорит, что искусство и не должно объясняться. Оно должно чувствоваться. Как запах дождя, как гул далёкого поезда ночью, как тревога без причины. Линч просто показывает, откуда всё это у него взялось.
В конце он сидит в кресле, дым вьётся к потолку, и тихо произносит, что до сих пор каждый день рисует, снимает, сочиняет музыку. Потому что иначе нельзя. Потому что внутри слишком много всего, что просится наружу.
Это не обычный фильм-биография. Это долгий разговор с человеком, который всю жизнь прожил в двух реальностях одновременно. И теперь просто решил поделиться.
Читать далее...
Всего отзывов
0